Алкоголизм глазами нарколога

Алкоголизм глазами нарколога

(беседу проводит врач)

Чего не понимают, тем не владеют.

И. В. Гете

— Уважаемые товарищи!

(Владимир Андреевич всегда одевается тщательно. И халат у него без единого пятнышка. Но в дни, когда он проводит свои беседы в стационарном отделении, на нем непременно белая сорочка и нарядный галстук. Бывалые пациенты, лежащие по второму, третьему разу, увидев его с утра в этой своеобразной форме, понимающе переглядываются: беседа будет...)

— Уважаемые товарищи! Мы поговорим сегодня об одном известном явлении при хроническом алкоголизме: тяге к спиртному. С нее, с этой тяги, с патологического влечения, собственно, и начинается алкоголизм как болезнь. Сперва болезнь выглядит как «психическая зависимость от алкоголя». Вспомните: тогда вы еще пили «только по выходным». Но появилось уже отчетливое чувство: чтобы отдохнуть, встряхнуться, разговориться, забыть неприятности, надо — что? Выпить. В глазах при этом веселые, лукавые искорки: «дерябнуть»... «поддать»... «клюкнуть»... Можно на этом этапе и отказаться — отказ пока не стоит больших волевых усилий. Но уже пустила в сознание свои корни мыслишка: «Зачем же отказываться? Кто в наше время не пьет? Тысячелетиями люди пьют — у всех народов свои напитки. Почему бы не расслабиться, не отогреться душой в приятной компании? Я ведь обета трезвости не давал!» Ну, и тому подобные аргументы. Но все эти «аргументы» прикрывают следующей непреложный факт: безрадостность жизни, ощущаемую человеком вне попоек. Как-то «скучно» ему, «нудно» жить. Если он любитель скороспелых теорий, то даже целую систему воззрений вокруг этого выстроит. О несовершенстве человечества, о несостоятельности юношеских иллюзий, о будничности любовных отношений, о бессмысленности творческих порывов, о «суете сует»... Словом, «теоретически обосновывается» необходимость хоть на время вырываться из серого бытия в яркие мгновения жизни, жизни во всей ее полноте... И наготове уже искреннее негодование против тех, кто стремится этому помешать. Например, против жены или матери. По какому, дескать, праву из меня хотят сделать робота, машину для зарабатывания денег или для хозяйственных работ по дому?! Я живой человек, мне нужны положительные эмоции!.. А фактически сформировалась первая (начальная) стадия алкоголизма.

Положительные эмоции человеку действительна нужны. Это закон природы. Только каков нормальный, «природный» источник этих эмоций?.. Мы появляемся в сложном и не до конца разгаданном мире. За наш недолгий век каждому хотелось бы* как-то утвердиться в этом мире, раскрыть все свою возможности, что-то познать в нем. Участвовать в непрекращающемся процессе познания вселенной в самопознания человечества. Ощутить себя звеном в цепи всечеловеческого поиска материальных, интеллектуальных, моральных ценностей. Иметь, что передать под конец жизни, если не обществу в целом, та хотя бы собственным детям, внукам, ученикам. Каждый, решая эти задачи бытия, сталкивается с неизбежными трудностями. Когда мы преодолеваем то, что мешает нам жить; когда достигаем поставленною цели; когда находим с кем разделить свои мысли и чувства; когда на фоне труда, поиска, борьбы к нам приходят периоды удачи, удовлетворенности, слияния с природой, взаимопонимания с другими людьми, единения с любимым человеком, мы радуемся, мы счастливы, мы испытываем положительные эмоции.

 

 

Начинающийся алкоголизм уводит нас с этого естественного пути. Человек обнаруживает куда более доступный источник положительных эмоций: хлебни спиртного — и все «прекрасно». Я сказал «человек обнаруживает...», но употреблять слово «человек» здесь не следовало бы. Употреблю лучше слово «крыса» — прошу принять это без обиды, сейчас я всеобъясню. Примерно четверть века назад электрофизиолог Джеймс Олдз научился вживлять в голову подопытных крыс тончайшие электроды, через которые можно подавать слабый ток для раздражения различных участков мозга. Теперь вообразите себе крысу, приученную в лаборатории нажимать на рычаг, чтобы из кормушки выкатилась пища. А теперь оцените остроумие исследователя: он организовал опыт таким образом, чтобы при нажатии крысой на рычаг замыкалась цепь тока и раздражение электричеством поступало в определенный участок мозга этой крысы... Представили себе? Так вот: в мозгу были обнаружены такие участки, при самораздражении которых (путем нажатия на рычаг) крыса переставала интересоваться пищей, выкатившейся из кормушки. Что-то побуждало ее нажать на рычаг еще раз... И еще... И еще... Иногда подопытное животное совершало до нескольких тысяч нажатий подряд, «забыв» о еде и доходя до глубокого истощения. Ученые сделали вывод, что раздражение этих зон в глубине мозга имитирует для животного переживание положительных эмоций. Естественное, обычное возникновение таких эмоций понятно: голодное существо тем или иным путем получило пищу, насытилось и именно от этого испытывает удовлетворение. В эксперименте же оно получает не пищу, а искусственное довольство, вопреки катастрофическому голоданию... Разве не напоминает нам начинающий алкоголик эту крысу, снова и снова нажимающую на рычаг? Только вместо рычага у него бутылка да рюмка. Но по существу ничего не меняется. Он не добывал себе положительные эмоции теми действиями, какие запланированы природой или выработаны общественной жизнью. К чему — если стоит только нажать на рычаг?..

Кошмар в том, что начинающий алкоголик даже не догадывается, что сидящая в нем «крыса», так сказать, нащупала свой рычаг. Он аргументы выискивает. Он философствует. Он оправдывает свою психическую зависимость от алкоголя обстоятельствами жизни. Например: как не выпить, если теща ворчливая? Если начальство попусту придирается? Если дождь льет как из ведра вот уже месяц? Если в любви не везет?.. И прочее, и прочее. Поводы выпить всегда найдутся, и веселых не меньше, чем грустных. Друг приехал. Календарный праздник настал. Свадьба. Пикник. Торжественные проводы Ивана Ивановича на пенсию. Что угодно!

Вам знакома психическая зависимость от алкоголя, верно? Кому она не знакома — поднимите ру¬ку!.. Всего одна рука. Это Крупник Олег Константинович, фрезеровщик пятого разряда. Ясное дело: его случай к алкоголизму не имеет никакого отношения... Но пойдем дальше. Психическая зависимость — у одних через месяцы, у других через несколько лет — переходит в «физическую зависимость от алкоголя». Тяга к спиртному теперь приобретает форму специфического недомогания. Поначалу это недомогание появляется только наутро после попойки. Голова болит, во рту скверно, руки не слушаются, ноги ватные... Знающие люди подсказывают: «А ты прими стопку — все как рукой снимет». И правда. Принял — сняло... Взгляните на ситуацию глазами медика, товарищи.

Если человек отравился, скажем ртутью, кому придет в голову на следующий день добавить ему в организм еще немного ртути? Яд надо как можно быстрее вывести, очистить от него все ткани. Добавлением яда только затянешь состояние интоксикации. Что же выходит: алкоголь не яд, раз он сам себе и противоядие?.. Яд, и еще какой! На стенах нашего отделения достаточно снимков и рисунков, показывающих необратимые изменения клеток печени, других внутренних органов, наконец, клеток мозга под влиянием этилового спирта. «Отчего же, — спросите вы, — опохмелившись, и вправду чувствуешь себя лучше?» Я отвечу: тот, кто от этого чувствует себя лучше, уже страдает алкоголизмом второй стадии. Здоровый человек, опохмеляясь, не только не испытывает облегчения, но мучается еще больше: как отравленный ртутью, которому добавили ртути. А с алкоголиком в стадии зрелой болезни вот какая история происходит: его «крыса», усердно нажимавшая вчера на рычаг, требует сегодня, чтобы нажатия на рычаг не прекращались. Вы опохмелились и получили новую порцию фальшивых положительных эмоций. Переживая их, вы легче переносите реальные симптомы отравления; они вовсе не прошли от принятой стопки, скорее усилились; однако из-за алкогольного допинга попросту перестаешь замечать, что тебе плохо. Мобилизуются определенные энергетические резервы организма. Руки стали слушаться, ноги веселей шевелиться — за счет этих резервов, а не за счет самого спиртного. Правда, трата этих резервов даром не проходит. Да, вы пришли в себя, но при этом как бы уплатили за такси, вместо того чтобы добраться несколько кварталов пешком либо на троллейбусе. Частые «поездки на такси» организму не по карману. Еще некоторое время, и платить будет нечем, здоровье станет подорванным. Но пока «крыса» успокоилась.

На второй стадии алкоголизма она уже не довольствуется стопкой. Как только «проскочила» одна стопка, она начинает пищать: еще! еще! И «опохмелка» разворачивается в очередную попойку — только дотерпи до конца рабочего дня!.. Вот и следующий вечер возлияний. Наутро опохмелимся, а к вечеру опять напьемся. Вот и третий день. Это уже — запой. В зависимости от исходного здоровья, от резервов организма запой может длиться и два дня, и две недели, и даже больше. А потом — «край» приходит. Отравление и истощение так велики, что допинг больше не спасает от страдания. Иным алкоголикам думается, что они только тогда прекращают запой, когда уже все деньги пропиты. Да, вероятно, они продолжили бы пить, свались на них в соответствующий момент кругленькая сумма. Но продолжение длилось бы лишь несколько дней, от силы — неделю. Дальше — сколько бы денег ни оставалось — организм не выдерживает. Пусть набит карман — «энергетический карман» организма пуст, брать нечего. Уже не хочется ни пить, ни... жить. Сил нет ни на что. При далеко зашедшем алкоголизме, к концу бог знает какого по счету запоя, субъект просыпается с параличом ног: это алкогольный полиневрит. Субъект не в состоянии сосредоточить на чем-либо внимание, сложить двузначные цифры, запомнить четыре слова подряд — это алкогольная энцефалопатия, слабоумие. Много месяцев врачи будут пытаться восстановить покалеченную алкоголем нервную систему, но окончательно инвалидности не устранят. В иных случаях субъект пожелтеет от цирроза печени. В иных — у него начнутся судорожные припадки: это алкогольная эпилепсия. Либо же он попадает в психиатрическую больницу с острым алкогольным психозом, как Олег Крупник... Каждый думает: «Со мной этого не может быть»... Неужели пьяница так глуп, причем еще до того, как развилась алкогольная энцефалопатия? Да нет же, среди вас не меньше умных людей, чем среди непьющих. Просто писк своей «крысы» алкоголик подчас принимает за голос своего разума. Вот вам пример: Олег Крупник — человек, без сомнения, неглупый. Но до сих пор пытается уверить нас, опытных медиков, что у него была не белая горячка, а так, небольшая ошибка суждений. «Все это было бы смешно... Когда бы не было так грустно».

Но тяга к спиртному еще коварнее: у алкоголика она может появиться даже не наутро после попойки и не по ходу запоя, а на фоне длительного и честного воздержания от всякой выпивки. Дал себе человек зарок, живет нормальной жизнью месяц, полгода, год, и вдруг... Вот об этом «вдруг» надо поговорить подробнее.

Не приходится удивляться, когда после долгого воздержания взрыв этой тяги возникает от глотка спиртного, например пива. Попал алкоголь в организм — и проснулась там задремавшая было «крыса», и подняла несусветный писк: «Давай! Еще! Еще!» Вот почему мы требуем от вас полного отказа от выпивки: и сейчас, и через год, и через десять лет. Никогда нет уверенности, что «крыса» окончательно покинула организм, что противоалкогольным лечением засыпаны и заложены все темные ходы, прорытые ею в психике человека. Как знать, а вдруг и через десять лет она ухитрится заявить свои «права», если подкинуть ей хоть грамм этилового спирта?..

Но можно долго не подкидывать ей «приманку», а она все-таки дает о себе знать. И до чего же, хитрым образом! Ее присутствие сказывается в явлениях, не имеющих, казалось бы, ничего общего с желанием выпить. Вот примеры. На человека — бывшего пьяницу — ни с того ни с сего наваливается тоска. Это не «тоска по рюмке» — ни в коем случае! Просто становится .вдруг невыносимо вставать по утрам с постели, бриться, завтракать, идти на работу. Ничто не радует, не развлекает; унылый день тянется как год; впереди, кажется, уже не будет, не может быть ничего привлекательного, светлого. Хотя удавись — только и на это не хватает энергии... И тут наступает глубочайшее безразличие ко всему. Можно жить — можно не жить. Можно есть — можно и обходиться водой с хлебом. Можно придерживаться зарока трезвости, а можно и выпить: какая разница, если жизнь кончена, и ты «живой труп»?.. И вот тут- то, словно нехотя, словно действуя в тумане, человек выпивает... Несколько дней запоя — и тоска «почему-то» проходит. А алкоголизм восстанавливается! И теперь есть уже «могучий» довод в его пользу: лучше жить горьким пьяницей, только бы не мучиться, как мучился... Не дай бог!

Другой пример. Человек прекратил пьянство, жизнь вошла в нормальную колею, вернулось доброе отношение домашних, уважение сослуживцев, хорошее самочувствие; завелись деньги на необходимые и приятные приобретения, — все в порядке! Все да не все. Невесть откуда появилась постыдная мужская несостоятельность. На память приходит, что в период пьянства были разные проблемы, но этой-то и в помине не было. Что же теперь? Жить таким вот получеловеком? Или возродиться в качестве мужчины, махнув на все рукой? Человек возвращается к выпивке и — о чудо! — «возрождается». Ему, правда, невдомек, что это мнимое возрождение. Невдомек ему и то, что затаившаяся в организме «крыса» снова восторжествовала. Это она спровоцировала позорный симптом, мужское бессилие, чтобы появилась настоятельная необходимость избавиться от этого симптома. Кинь мне, дескать, подачку — и избавишься... Но почему это, как было сказано, всего лишь мнимое возрождение? Вот почему.

Среди органов, которые поражает алкоголь, половые железы стоят едва ли не на первом месте. Но яд действует весьма своеобразно. Он длительное время срабатывает как стимулятор, усиливая соответствующие желания. Одновременно он шаг за шагом снижает реальные возможности мужчины. Это не сразу замечается. Человек чувствует, что желания его

остры, значит, думается ему, он «в отличной форме», а то, что появились отдельные неудачи, легко списать за счет состояния опьянения. «Набрался, — весело думает он, — до такой степени, что отупел и отключился, как только голова прикоснулась к подушке». Однако через некоторое время — счет идет на годы в пределах десятка лет — обнаруживаются мучительные «ножницы» между возбужденным желанием и фактическими возможностями. А еще через несколько лет «ножницы смыкаются»: нет ни желаний, ни возможностей. Тот, кто начал пьянствовать в возрасте около двадцати лет, перестает быть мужчиной годам к сорока, если не раньше. Сравните: здоровый непьющий мужчина и в семьдесят лет еще не импотент. Разве вам неизвестны случаи, когда старик, женившийся на нестарой женщине, приживал с ней нескольких детишек?

И еще один пример. После многолетнего воздержания у одного моего пациента появилась «охота к перемене мест», тяга к новому. Казалось бы, благородное романтическое чувство. Он списался с кем следует и на три года завербовался на Крайний Север. А Север есть Север. Можно отказаться от выпивки, если товарищи сели попировать на зимовке. Но как не «принять вовнутрь», провалившись, например, в прорубь или просто окоченев во время пурги? Здоровье дороже; не рисковать же им. И вот, пока продолжалась зимовка, мой пациент просто «пил, как все». А когда она кончилась, влетел в такой запой, что с работы его уволили, так что коротать век за бутылкой ему пришлось уже на материке, не отработав и года из намеченных трех. Что произошло? Под видом «тяги к новому» тайно действовала тяга к спиртному. Эта тяга не могла преодолеть зарок, данный человеком. Тогда она хитроумно перестроила судьбу человека таким образом, чтобы сами условия жизни сделали якобы необходимым прием спиртного. И свое взял, и совесть чиста: как же ему было поступать иначе?..

Во всех этих примерах есть общая черта. Человеку тоскливо. Или он стал сексуально несостоятельным. Или вдруг ощутил в себе лихорадочную юношескую непоседливость... Хлебнуть спиртного — это ему раньше или позже пришло в голову. А вот срочно обратиться к врачу — это ему в голову не пришло! Неспроста не пришло: «крыса» помешала. А ведь и депрессивное состояние, и сексуальные трудности можно было бы при достаточном упорстве и терпении устранить лечебными мерами. А если бы тот же мой «романтик» понимал, что скрывается за его «лихорадкой», и пришел посоветоваться с врачом, прежде чем двинуться в путь, судьбу его можно было бы повернуть по-иному. Я бы, скажем, потребовал от него, во-первых, возобновить курс лечения, а, во- вторых, для начала устроиться по вербовке не в столь холодные края. Наказал бы, чтобы он мне письма писал из своего «путешествия». Наделил бы его на крайнюю бдительность в отношении своих «романтических» настроений.

Вот что главное после того, как вы прекращаете пить. Надо поддерживать постоянный контакт с врачом, и на протяжении многих лет. Расслабляться опасно! Стоит также принимать повторные курсы лечения в порядке профилактики, и тогда тяга все меньше будет заявлять о себе — в прямой или изощренной форме.

Помните: раз сформировался хронический алкоголизм, вы уже никогда не сможете пить как все, т. е. от случая к случаю. Либо вы отныне не пьете никогда, либо катитесь по наклонной плоскости. К третьей стадии алкоголизма. Когда пьют изо дня в день, и уже не потому, что хочется, а потому, что без выпивки нет нормального самочувствия, элементарного физического комфорта. Когда человек превращается в гонимого всеми грязного пропойцу, в попрошайку. В опустившееся существо, чья единственная забота — где добыть хоть какой-нибудь суррогат вина. В фактического инвалида, неспособного ни к умственной, ни к физической работе.

Тут, как водится, у многих физиономии становятся вытянутыми. Какой ужас — не пить никогда... Вам это кажется трагедией, не правда ли?.. Опомнитесь! Потерять ногу, ослепнуть, лишиться близкого человека, совершить непоправимое — вот трагедия! А грустить при мысли, что придется жить без спиртного — да это же смешно! Миллионы людей в мире жили и живут без этого и даже слышать о выпивке не хотят. Присоединитесь к этим людям: ни по каким законам природы прием этилового спирта не обязателен. Выберитесь из трясины фальшивой жизни на фальшивых положительных эмоциях — и мир, как в подростковом возрасте, откроется вам захватывающе интересным, а жизнь — стоющей того, чтобы ее прожить в трудах, борьбе и ярких переживаниях. Решайтесь, пока не все потеряно! Не топите сами себя в смрадном болоте алкоголизма!.. Беседа окончена. Какие будут вопросы?

...Вопросов не было. Владимир Андреевич прошел в ординаторскую и налил себе чаю из электросамовара. Послышался стук в дверь.

— Можно?

Это был Олег Крупник.

— Пожалуйста. Садитесь. Хотите чайку?

— Спасибо, не хочу. У меня вопрос, доктор: что вы со мной дальше собираетесь делать?

— Предлагаю сорокапятидневный курс лечения. Дезинтоксикационные меры. Общеоздоровительные меры — по угашению тяги к спиртному. Профилактические: будете принимать специальный препарат антабус, несовместимый с алкоголем. Дадите расписку в том, что предупреждены о возможности тяжелых повреждений здоровья вплоть до летального исхода, если при наличии антабуса в организме позволите себе хоть глоток пива. Наконец: психотерапевтические меры. Николай Ильич упорно рекомендует мне включить вас в лечебную группу.

— Ничего этого мне не нужно. Я вам говорю: я не алкоголик. Вот выслушал я вашу лекцию и многое понял. Отныне — сухой закон. Воля у меня что надо.

— Это только кажется...

— Точно вам говорю. Голова-то работает! Напрасно вы из меня посмешище сделали перед людьми. Конечно, вам нужны убедительные живые примеры для лекции. Но в моем случае вы ошиблись. Не все люди на одно лицо, доктор.

— Верно, но алкоголизм у всех на одно лицо.

— Никакого алкоголизма. И насколько я понимаюя не в тюрьмеПринудительно лечить не имеете праваЯ здоровкакбыки требую выписки.

— Чего-чего вы требуете?

— Выписки!

— А мне послышалось «выпивки». Обмолвка не случайная.

— Не было никакой обмолвки. Придумываете.

— Возможно, мне и послышалось, но существа дела это не меняет. Ваша настойчивость имеет своим скрытым источником не что иное, как тягу к водке.

— Видеть ее не могу! Слышать о ней не хочу!

— Да, вы верите себе, что не хотите, а между тем...

— Может, хватит из меня «крысу» делать? По какому праву, в конце то концов!

— Держите-ка себя в руках, Крупник. Я вас с того света вытащил, а вы хамите.

— Извините. В долгу не останусь, не знаете вы Олега Крупника. Но решения своего не изменю.

— Позаботьтесь о своих родных и близких — вот кому вы должны. Ваша дочь в этот месяц не получит от вас алиментов.

— Не волнуйтесь, доктор, заработаю.

— Больно вы верите своему обожаемому «Олегу Крупнику». Прямо упиваетесь собой. А я вам предсказываю: если не на третий, но на пятый день после выхода отсюда — напьетесь.

— Не может этого быть. Да я, если хотите, поклянусь, чем угодно.

Л — Прекратите. Только не клянитесь, бога ради. Ваше право — отказаться от лечения. Извольте. Но будьте мужчиной: как только начнете пить, хватайте такси и мчитесь сюда. Я дежурным врачам и сестрам распоряжение оставлю, чтобы вас и в ночное время приняли...

— Не будет этого никогда. Не придется брать такси. Увидите!

— Что же, поглядим. Ждите до четверга. Выпишем.

 


Помоги проекту - расскажи друзьям! Вы можете помочь развитию проекта - поделившись статьей в социальных сетях:


Или разместив активную ссылку на любом сайте, форуме или блоге:


http://sairon.ru/alkogolizm/62-alkogolizm-glazami-narkologa


Прочитали статью? Теперь можно немного отдохнуть. Сыграйте в игру "Поймай кота". Задача игры окружить кота точками так, чтобы он не смог убежать с поля. Если Вас постигла неудача - начните игру снова!

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить